Участники последнего пленума продолжают присылать нам информацию по прошедшему заседанию. Мы представляем вашему вниманию статью нашего обозревателя, который увидел итоги пленума несколько в ином разрезе.
Прошедший 17 октября 2026 года пленум Тверского областного комитета КПРФ со стороны мог показаться образцом аппаратного контроля. Ожидаемого взрыва не произошло: партийные активисты, недовольные итогами прошедших выборов, удержались от открытой конфронтации с руководством обкома. Главные заводилы фронды весь пленум смирно просидели в своих углах. «Комнатный орёл» Ульянов, храбрый только в состоянии «изменённого сознания», накануне пленума обзванивал всех подряд, подбивая на скандал, но в итоге сам же и слил протест. Такие же попытки предпринимали Рассказов и Ворвулёв, и с тем же результатом. Лучникова, опасаясь потерять должность главреда «Пролетарской правды», благоразумно решила промолчать в тряпочку, безвольный Рассказов последовал её примеру. Шляков, ранее жаловавшийся, что «нас всех умножили на 0», вообще ушёл с середины пленума.
На пленум прибыл лучезарный Московский Барин в окружении своих челядинцев. Его главной задачей было, во-первых, погасить возможный конфликт, во-вторых, презентовать новоизбранных депутатов Заксобрания и доказать, что залетные кандидаты по всем параметрам превосходят местных, и обком должен гордиться подобным приобретением. Если насупленное молчание — знак согласия, будем считать, что с поставленной задачей Лебедев справился. Благостную картину испортила Ольга Тимошкевич, которая разрыдалась прямо во время выступления, обвинив в жестокосердии Центральный райком, не помогавший ей на выборах. Впрочем, слезам Манделы нужно верить еще меньше, чем улыбке Лебедева. Воробьева пыталась урезонить молодую соперницу, на защиту которой грудью встал младший из братьев Лебедевых Алексей. В общем, «Санта-Барбара» в причудливой смеси с «Декамероном». Отметим, что Мандела успела заработать репутацию истерички даже в ЗС ТО, где она присутствует без году неделя.
Главным событием пленума стала абсурдная политическо-юридическая комбинация: исполняя решение суда о восстановлении в рядах КПРФ Нурмурадова и Шишкова, обком по наущению Воробьевой проголосовал за их восстановление и… сразу же исключил их повторно. Этот номенклатурный трюк демонстрирует, что руководство отделения панически боится даже номинального возвращения оппозиционеров. Однако, попытка формально закрыть исполнительный лист ничего не даст обкому. Нурмурадов и Шишков гарантированно пойдут на новый круг судебных исков. С юридической точки зрения действия обкома могут быть трактованы судом как злоупотребление правом или неисполнение духа судебного решения, что дает истцам хорошие шансы на повторную победу.
Ситуация, сложившаяся после пленума Тверского обкома КПРФ, идеально укладывается в классическую политологическую формулу «гнилого компромисса». Почему этот компромисс гнилой? Потому что он не решает ни одной из базовых проблем Тверского отделения КПРФ, а лишь загоняет болезнь внутрь. Вместо стабилизации партия получает медленное загнивание структуры изнутри.
Внешнее спокойствие пленума — это не консенсус и не примирение, а крайне неустойчивое равновесие, которое стратегически ослабляет обе стороны конфликта и парторганизацию в целом. Недовольные решили не идти на таран руководства прямо на пленуме, опасаясь обвинений во фракционности и раскольничестве (за что, как показывает кейс Истомина, Гончарова и Шишкова, можно моментально лишиться партбилетов). Бунтовщики предпочли сохранить свой легальный статус, пожертвовав возможностью публично заявить о претензиях. Со своей стороны, Лебедев и Воробьева, видя, что открытого бунта нет, пока не решатся открыто преследовать фрондеров, которые давно у них «на карандаше». Однако при малейшем поводе руководство обкома, воспринявшее молчание актива как слабость, продолжит зачистку партийных рядов от явных критиков.
Главный триггер недовольства — избрание депутатами ЗСТО людей Лебедева — остался без честной внутрипартийной дискуссии. Обком сделал вид, что проблемы нет, а актив промолчал. Это рождает у рядовых коммунистов ощущение бессмысленности работы на результат. Пока отдельные коммунисты лишь выпускают пар в рабочем чате обкома, а остальные молча читают, но не факт, что пар и дальше будет уходить только в свисток.
Манипуляции с «восстановлением/исключением» неугодных также подрывают остатки доверия коммунистов к партийной демократии. Для актива это сигнал: «устав и закон больше не работают, руководство будет применять любые аппаратные фокусы по отношению к кому угодно».
Отказ фрондеров от открытой конфронтации на пленуме говорит не о примирении, а о смене стратегии на выжидательную. Поскольку открытый протест подавлен, часть актива может уйти во «внутреннюю эмиграцию», перейдя к тактике «итальянской забастовки» — тихого саботажа. Райкомы и первички могут полностью свернуть работу и сбор членских взносов. Наиболее идейные, ресурсные или молодые партийцы, устав от аппаратных игр и невозможности повлиять на стратегию обкома, начнут тихо сдавать партбилеты или переходить в другие левые проекты. Обком рискует остаться «генералами без армии», и как бы не хорохорился Лебедев, приписывая себя все заслуги в организации полевой агитации на выборах, выездными тульскими бригадами проблему исчезновения партийного актива на местах не решить.
Не исключено, что недовольные внутри обкома сосредоточатся на сборе компромата на руководство обкома, ожидая удобного момента (например, отчетно-выборной конференции) для легальной смены руководства.
Для Лебедева и Воробьевой пленум завершился очередным тактическим успехом, но стратегически ситуация снова ухудшилась.
Для ЦК КПРФ тверское отделение теперь является «миной замедленного действия». С одной стороны, руководство обкома продемонстрировало способность удержать контроль над пленумом. С другой стороны, ситуация раскола, скандальные манипуляции с судебными решениями бьют по имиджу всей партии. Мало помалу Тверской обком становится слишком уязвимым и токсичным. В случае форс-мажора ЦК КПРФ придется либо мириться с ситуацией, либо вмешиваться и проводить жесткий аудит.
Внутрипартийный раскол и судебные скандалы уже активно используются тверскими провластными СМИ для демонстрации слабости, недемократичности и системного кризиса внутри Тверского отделения КПРФ. Это продолжит снижать рейтинг партии в регионе.
Тверской обком КПРФ входит в фазу «холодной войны» всех против всех. Конфликт не исчерпан — он просто перешёл в форму скрытого, глухого противостояния «верхов» и «низов». Чем обернется эта конфронтация для обкома? Время покажет, а мы расскажем. Следите за нашими публикациями.
